Ленин О Юристах

Арбитражные юристы Новосибирска — компания Капитал Групп

Данная цитата «Юристов надо брать ежовыми рукавицами, ставить в осадное положение . » вырвана (как обычно) из контекста и дана неверная ссылка на 49-й том полного собрания сочинений. На самом деле В. Ленин, будучи юристом по образованию, в своем письме Е.Д. Стасовой и товарищам в Московской тюрьме писал не о юристах (плохие они или хорошие), а писал о том: как нужно себя вести в суде, что сообщать о себе суду и каких нанимать адвокатов: «Брать адвокатов только умных, других не надо» .

2) Отрицать суд и не принимать участия в судебном следствии. Адвоката приглашать лишь на условиях, чтобы он говорил исключительно о несостоятельности суда с точки зрения отвлеченного права. В заключительной речи изложить profession de foi и требовать суда присяжных.

Брать в ежовые рукавицы и ставить в осадное положение… только умных адвокатов, других не надо // Ленинский адвокатский привет (ответ)

По сообщению старейшего деятеля революционного движения Е.Д. Стасовой ((«Абсолют») до 1905 года вела подпольную революционную работу, за революционную деятельность, неоднократно подвергалась арестам, тюремному заключению и ссылке в Сибирь, с февраля 1917 до марта 1920 года — секретарь ЦК партии), письмо Ленина было вы­звано следующим обстоятельством. В июне 1904 года были арестованы и посажены в Таганскую тюрьму ряд това­рищей, активных работников Северного бюро ЦК РСДРП, в том числе Н. Э. Бауман, Е. Д. Стасова и др. Тогда же, 7 (20) июня 1904 года, царским правительством был издан закон «о некоторых изменениях в порядке производства по делам о преступных деяниях государственных и о применении к оным постанов­лений нового уголовного положения». Суть этого закона сводилась к тому, что в ряде «политических преступлений» вместо внесудебного наложения административных наказа­ний, как-то: денежный штраф, высылка и проч., стали переходить к разбору этих «преступлений» в суде, приме­няя по отношению к политическим заключенным статьи уголовного кодекса. Среди политических заключенных, сидевших в Таганской тюрьме, возник вопрос, как держать себя на предварительном следствии и какую тактику про­водить на суде. Было решено на предварительном следствии держаться прежней тактики отказа от всяких показаний, ибо следствие ведется теми же жандармами, хотя и в при­сутствии прокурора. Относительно же поведения социал-демократов на самом суде вопрос оставался открытым. Поэтому Е. Д. Стасовой, выпущенной 18 декабря 1904 года из тюрьмы под залог, товарищи поручили срочно связаться с В. И. Лениным и получить от него ответ на волновавший их вопрос. Письмо В. И. Ленина и явилось ответом на за­прос Е. Д. Стасовой.

Дорогие друзья! Получил Ваш запрос насчет тактики на суде (из письма Абсолюта и из записки, «дословно переданной» через неизвестное лицо). Абсолют пи­шет о 2-х точках зрения. В записке говорится о трех группах, — может быть имеются в виду три следую­щие оттенка, которые я пытаюсь восстановить: 1) Отри­цать суд и прямо бойкотировать его. 2) Отрицать суд и не принимать участия в судебном следствии. Адвоката приглашать лишь на условии, чтобы он говорил исклю­чительно о несостоятельности суда с точки зрения отвлеченного нрава. В заключительной речи изложить profession de foi (программа) и требовать суда присяжных. 3) На­счет заключительного слова тоже. Судом пользоваться как агитационным средством и для этого принимать участие в судебном следствии при помощи адвоката. Показывать беззаконность суда и даже вызывать сви­детелей (доказывать alibi elс.).

Ленин О Юристах

Существует несколько версий, объясняющих желание Владимира Ульянова избрать адвокатуру своей профессией. С одной стороны, недавний политический ссыльный и брат казненного за подготовку покушения на царя вряд ли мог рассчитывать на работу судьей, прокурором или следователем. Да и убеждения Владимира Ульянова не позволяли ему стать частью репрессивной системы царизма. Оставалась присяжная адвокатура, «свободная профессия». Думается, что работа присяжным поверенным позволяла В. Ульянову заниматься правозаступнической деятельностью,

Вас может заинтересовать ::  Могут Ли Приставы Списывать Деньги С Неименных Карт

A.К. Мороченковой-Головиной — о признании за истцом права собственности на усадебную землю, а также дело по иску к самарскому мещанину И.С. Чекмареву о признании недействительной сделки купли-продажи фруктовых садов. Оба дела велись В. Ульяновым под руководством Хардина, но молодой помощник присяжного поверенного действовал в значительной мере самостоятельно, и в основном ему одному клиенты были обязаны успехом своих дел.

Совершенно никакой адвокат»

Это не так: на сегодняшний день можно с уверенностью говорить о шестнадцати уголовных (в одном из них Ульянов был не защитником, а частным обвинителем) и четырёх гражданских делах; возможно, их было больше, архивы самарского суда сохранились не полностью. За полтора года это достаточно внушительное количество для начинающего адвоката.

8 мая 1891 года на рассвете на станции Безенчук Оренбургской железной дороги произошла авария: пять пустых вагонов, не застопоренных должным образом, порывом ветра сдвинуло с места, и это привело к столкновению с ручной тележкой, на которой рабочий Наурсков вёз бочку с водой. Сам он практически не пострадал, а вот сидевший на тележке девятилетний мальчик, его племянник, погиб. Обвинение было предъявлено стрелочнику Кузнецову, не подложившему под вагоны специальные стопорные брусья, и начальнику станции отставному прапорщику Языкову. Ульянов защищал Языкова.

«««12. 19 ноября Ильич выступал защитником крестьянина деревни Светловки Петропавловской волости Ф.Е. Лаптева, обвинявшегося в публичном оскорблении своего отца. Ильич попросил отложить дело для примирения сторон. В присутствии Ильича стороны примирились, иск отозван, дело закрыто.»»»

«««14. 17 декабря Ильич выступает защитником по делу отставного прапорщика Языкова, начальника станции Безенчук Оренбургской железной дороги, и стрелочника той же станции, отставного рядового Кузнецова. Оба обвинялись в нарушении правил сохранения путей сообщения, в результате чего произошла авария и погиб подросток Андрей Коротин.
Суть дела. Коротин толкал со своим дядькой-сторожем станции по тупиковой ветке ручной вагончик-тележку. Им орали, что сзади на них едут пять вагонов, но они не расслышали. Сторож в последний момент отпрыгнул, пацан не успел. Все произошло на глазах Языкова и Кузнецова.
Языков во всем винил себя и каялся, Кузнецов говорил, что перевел вагоны по приказу, а когда увидел куда она катятся — было поздно.
Ильич выяснил, что Кузнецов задержался с переводом стрелок — перевел бы раньше, как приказывали, ничего бы и не случилось. В итоге, благодаря энергичному выступлению Ильича, обвинение переквалифицировалось: Языков был обвинен в недостаточном контроле за подчиненными, а Кузнецов в нерадении.
Языков отделался штрафом, Кузнецова понизили в помощники стрелочника.
«««

Тысячи форм и способов практического учета и контроля за богатыми, жуликами и тунеядцами должны быть выработаны и испытаны на практике самими коммунами, мелкими ячейками в деревне и в городе. Разнообразие здесь есть ручательство жизнен-ности, порука успеха в достижении общей единой цели: очистки земли российской от всяких вредных насекомых, от блох — жуликов, от клопов — богатых и прочее и прочее. В одном месте посадят в тюрьму десяток богачей, дюжину жуликов, полдюжины рабочих, отлынивающих от работы (так же хулигански, как отлынивают от работы многие наборщики в Питере, особенно в партийных типографиях). В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами, чтобы весь народ, до их исправления, надзирал за ними, как за вредными людьми. В четвертом — расстреляют на месте одного из десяти, виновных в тунеядстве. В пятом — придумают комбинации разных средств и путем, например, условного освобождения добьются быстрого исправления исправимых элементов из богачей, буржуазных интеллигентов, жуликов и хулиганов. Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт, тем вернее и быстрее будет успех социализма, тем легче практика выработает — ибо только практика может выработать — наилучшие приемы и средства борьбы.

Вас может заинтересовать ::  Как Заполнить 3 Ндфл На Ребенка При Продаже Квартиры 1/4 В Лк

У антикоммунистов написано: «По-моему, нельзя жалеть города и откладывать дольше, ибо необходимо беспощадное истребление…» И далее авторы от себя добавляют: «(там же с. 178., Ленин понимал преступный характер того, о чем настаивал, и заметал следы, приписав к телеграмме: «Секретно Ш и ф р о м (оригинал мне вернуть) (Прислать мне копию шифра)»». Приведем цитату в подлиннике: «Удивлен и встревожен замедлением операции против Казани, особенно если верно сообщенное мне, что вы имеете полную возможность артиллерией уничтожить противника. По-моему, нельзя жалеть города и откладывать дольше, ибо необходимо беспощадное истребление, раз только верно, что Казань в железном кольце».

31. Мы должны бороться с религией. Это — азбука всего материализма и, следовательно, марксизма. Но марксизм не есть материализм, остановившийся на азбуке. Марксизм идет дальше. Он говорит: надо уметь бороться с религией, а для этого надо материалистически объяснить источник веры и религии у масс

47. Мы будем работать, чтобы внедрить в сознание, в привычку, в повседневный обиход масс правило: «все за одного и один за всех», правило: «каждый по своим способностям, каждому по его потребностям», чтобы вводить постепенно, но неуклонно коммунистическую дисциплину и коммунистический труд

32. Мы должны бороться с религией. Это — азбука всего материализма и, следовательно, марксизма. Но марксизм не есть материализм, остановившийся на азбуке. Марксизм идет дальше. Он говорит: надо уметь бороться с религией, а для этого надо материалистически объяснить источник веры и религии у масс

Очень многие высказывания Ленина вошли в повседневный обиход, став расхожими фразами. Люди цитируют их, зачастую не зная источника. Я собрал сто самых известных высказываний Владимира Ильича Ленина. Проверьте себя — если какие-то из них вам нравятся и вы регулярно их используете — то, может быть, вы сами — большевик? 😉

НЕвыдающиеся адвокаты» конца XIX – начала XX веков

Некоторых из моих героев, пожалуй, нельзя поставить и рядом друг с другом по политическим или иным соображениям, но в предлагаемых вашему вниманию документальных рассказах нет политики. В них не биографии героев в полноценном их представлении, а, как правило, истории об их деятельности в качестве присяжных поверенных или помощников присяжных поверенных, а иногда и данные, опровергающие мифы и исправляющие неточности о жизни и деятельности некоторых из них. Ну и, конечно же, хочется надеяться, что в данной книге есть не только информация о фактах, об определенных отрезках жизни и деятельности моих героев, но и пища для размышлений.

Как пишет самарский журналист и исследователь В. В. Ерофеев 14 , при рассмотрении обращения В. И. Ульянова о выдаче ему свидетельства на право ведения чужих судебных дел, председатель окружного суда В. Анненков оказался в затруднительном положении, так как и без того месяцем ранее в нарушение всех писаных и неписаных правил, поддавшись настойчивым просьбам А. Н. Хардина, он согласился на зачисление В. И. Ульянова в ряды помощников присяжного поверенного без представления необходимого удостоверения о благонадежности (в анкете В. И. Ульянова указывалось, что его брат был казнен как государственный преступник, а его самого отчислили из Казанского университета по «нехорошим» мотивам). В прошении от 11 июня 1892 года, направленном В. Анненкову, В. И. Ульянов объяснял причины, по которым свидетельство о благонадежности им не может быть представлено, следующим образом: начальство Императорского С.-Петербургского Университета, от которого он имел аттестат об окончании курса, не может выдать ему удостоверения о благонадежности потому, что он не состоял студентом этого университета и держал экзамен в Испытательной Юридической Комиссии при этом университете в качество экстерна с разрешения Его Сиятельства господина Министра Народного Просвещения, состоявшегося в мае месяце 1890 года. Что касается удостоверения его благонадежности со стороны полиции, то Департамент Полиции не выдаст такого рода удостоверений по просьбам частных лиц, но только по запросам присутственных мест 15 .

  • Церковь защищала царя и монархический строй – убрать это препятствие.
  • Интеллигенция топталась на месте и вела либеральную политику. Ленин об интеллигенции сказал прямо и грубо: «Интеллигенция – не мозг нации, а говно».
  • «Капиталисты готовы продать нам веревку, на которой мы их повесим», — это о мире капитализма, где всё строится на купле-продаже.
  • «Юристов надо брать ежовыми рукавицами. ибо эта интеллигентская сволочь часто паскудничает», — в речи о юристах.
  1. Завет Ленина «Учиться, учиться и ещё раз учиться» знал каждый школьник Советского Союза. В 1920 году на съезде Комсомола известная фраза звучала несколько иначе: «…задача состоит в том, чтобы учиться…. чему учиться и как учиться?»
  2. Высказывание Ленина о государстве: «Пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства», — заставляет задуматься любого слушателя.
  3. О кооперации. «Социализм — строй «цивилизованных кооператоров»». Ленин большое значение придавал кооперации. По-новому зазвучало это слово в послереволюционный период.
  4. Что же говорит Ленин о русских? «…русский народ только тогда способен сделать в своей массе серьёзный шаг по этому новому пути, когда создаётся крайняя нужда».
  5. Ленин о религии и церкви отзывался жёстко: «Религия есть опиум народа». Был против проповеднической деятельности церкви: «Все современные религии и церкви,…марксизм рассматривает всегда, как органы буржуазной реакции, служащие защите эксплуатации и одурманиванию рабочего класса».
  6. Ленин затронул вопрос о выборах в буржуазном государстве: «Раз в несколько лет решать, какой член господствующего класса будет подавлять, раздавлять народ в парламенте, – вот в чем настоящая суть буржуазного парламентаризма…».
Вас может заинтересовать ::  Как Заполнять Декларацию На Несовершеннолетнего По Продаже Доли В Квартире Менее 3 Лет В Собственности

Ленин О Юристах

Results: In article in historical sequence stages of the biography of V.I. Lenin, connected with receiving legal education and work in the specialty are investigated. The next periods are allocated: the reasons of choice of profession, study at the Kazan and St. Petersburg universities, work as the assistant to the barrister in Samara and St. Petersburg. The review of the carried-out V.I. Ulyanov criminal and civil trials, results of work is made. The reasons of withdrawal from jury legal profession are established.

По мнению И.Б. Стерника, с которым сложно не согласиться, В. Ульянов «избрал родом своей деятельности адвокатуру и потому, что она позво­лила использовать суд как учреждение, в котором, против воли его деятелей, объективно вскрыва­ются язвы буржуазно-помещичьего строя, пу­блично освещаются общественно-политические нити преступления; учреждение, способное дать ценный фактический и, следовательно, неопро­вержимый материал для критики тогдашнего строя» [7].

Ленин О Юристах

Но в наше время раздаются голоса, сомневающиеся в ценности изучения философской позиции Ленина, тем более, если она представляет собой формально-логический анализ взглядов представителей различных философских школ, причем, главным образом, в части отсутствия логики и неподобающей практики ведения рассуждения подобными мыслителями. Какие, в таком случае, интересные моменты способны следовать из анализа философской позиции Ленина в «Материализме и эмпириокритицизме»? Здесь явно присутствуют следующие интересные моменты:

Подзаголовок самой известной философской работы Ленина, следует напомнить, звучит так — «Критические заметки об одной реакционной философии». Однако по мнению некоторых критиков уже непосредственно «критических заметок», заголовок не вполне отражает существо дела, явно требуя замены на «Критические заметки юриста об одной реакционной философии». Возможно и предположение, что уже в юридическом сообществе потребуют внесения и уточняющего дополнения — замены «юриста» на «не практикующего юриста», но это уже «разборки» непосредственно юристов, пост же будет посвящен доказательству правомерности предложенного выше дополнения подзаголовка самой известной философской монографии Ленина.